Екатерина Муранова, эксперт

Главный технолог сети салонов «Пальчики», автор программ по маникюру, моделированию и дизайну ногтей

Ольга Мялова, ведущая

Редактор, журналист, колумнист

Подкаст «Это было красиво», 2 выпуск: аудиоверсия

Вступление: Russian manicure как уникальное явление в бьюти-индустрии

Ольга Мялова: Привет! Это подкаст ЛЭТУАЛЬ «Это было красиво». И сегодня у нас выпуск, который хочется слушать с идеальной кутикулой. Почему? Потому что мы говорим о русском маникюре. Да-да, о том самом, которого жаждут в Лондоне, Сеуле и Нью-Йорке. Сегодня попытаемся разобраться, почему техника, родившаяся в России, стала синонимом точности, стерильности и высшего уровня сервиса. Она изменила представление о профессии. Но почему до сих пор никто в мире не придумал ничего даже близкого? Выяснить всё это нам поможет Екатерина Муранова, главный технолог сети салонов «Пальчики».

Здравствуйте, Катя.

Екатерина Муранова: Здравствуйте, Ольга.

Что такое русский маникюр: мнение профессионала

Ольга Мялова: Давайте сразу определимся в понятиях, что такое русский маникюр и чем он отличается от любого другого. Это отдельная техника или просто качество?

Екатерина Муранова: Конечно же, русский маникюр – это про стерильность, это про высокие стандарты, это всегда про высокие требования наших гостей, наших клиентов. Это про подход и гостеприимство. Вот это всё о русском маникюре. Конечно же, наша техника, которую сделали именно в России русские мастера, – это про чистый, безопасный маникюр. И я скажу даже больше, это про совершенный маникюр. Такого красивого аккуратного маникюра, наверное, вы не встретите нигде в мире.

Ольга Мялова: Глядя на ваши роскошные ногти, роскошные стилеты, можно сказать, что они просто подтверждают представление об идеальном русском маникюре. Но мне кажется, это ещё и про устойчивость результата, не так ли? Потому что я сделала свои новогодние ногти две недели назад, и я уверена, что я переживу с ними новогоднюю ночь. Несмотря на всё клацание по клавиатуре, выглядит это всё прилично.

Екатерина Муранова: Конечно, именно в России мы делаем упор не просто на красивый вид или безопасные техники для наших гостей и клиентов, ещё мы всегда про носкость. Но здесь, наверное, больше вопрос к требованиям наших гостей, наших клиентов. Мы хотим, чтобы потребители ходили с качественным красивым маникюром. И, естественно, мы стараемся делать именно такие техники, делать такие материалы, делать такие покрытия, которые будут держаться четыре, иногда даже пять и шесть недель. Такое тоже бывает.

Ольга Мялова: То есть не только про красоту, но и про практичность.

Екатерина Муранова: Естественно.

Ольга Мялова: Настоящая российская женщина не может без практичности…

Екатерина Муранова: Не может. И это обусловлено ещё нашим современным миром. У нас мало времени. В салонах сейчас очень развиты процедуры в четыре руки, иногда даже в шесть и восемь рук. Помимо одновременной услуги маникюра и педикюра ещё делают очень часто брови, волосы, различное окрашивание. И сейчас это норма. Мы экономим время наших гостей для того, чтобы они могли потратить его на что-то важное.

Ольга Мялова: По поводу педикюра: мне кажется, к нему мы тоже очень требовательны. Только русские девушки могут отказываться носить босоножки, потому что они вовремя не обновили педикюр, не так ли?

Екатерина Муранова: Конечно. Многие не надевают открытую обувь, пока не сделают педикюр. И только в России есть такое понятие, как сделать педикюр перед походом на услугу педикюра. Это тоже часто встречается. Но гости очень часто приходят и в зимний период. Как раз закрытая обувь – это не показатель того, что не нужно делать педикюр. И в России педикюр – он не только про эстетику, он и про здоровье в том числе. Сейчас очень много подологических кабинетов, услуг подологов, которые заботятся о здоровье ног. Поэтому педикюр мы делаем круглогодично.

Ольга Мялова: Если рассматривать педикюр именно с точки зрения покрытия ногтей, мне кажется, европейки как-то проще к этому относятся. Они смело пойдут на пляж без педикюра, смело обуют босоножки и так далее.

Екатерина Муранова: Соглашусь, безусловно. В России мы всегда делаем всё это – и ресницы, и ногти на руках и на ногах. Русские девушки одни из самых красивых, это признанный факт. Поэтому мы всегда ухаживаем за собой в отличие от других наших клиентов в Европе, или в Америке, или в азиатских каких-то странах. Там не так щепетильно относятся к своей внешности, как в России.

Ольга Мялова: Но мы это всё делаем для себя, а не потому, что от нас этого требуют, верно? То есть мы крайне требовательны сами к себе…

Екатерина Муранова: Да, абсолютно верно. Но и сейчас это ещё про комфорт, удобство и в том числе про экономию времени. Потому что если мы говорим про наращивание или ламинирование ресниц, окрашивание ресниц и бровей, перманент, к примеру, – то всё-таки это про экономию времени утром. Потому что мы встали, мы выглядим хорошо, мы выглядим красиво, и нам не нужно много времени утром для того, чтобы ухаживать за собой.

Выбор редакции: товары для ухода за ногтями в ЛЭТУАЛЬ

Смотреть

В Европе и Америке ищут русских мастеров

Ольга Мялова: Возвращаясь к маникюру, расскажите, пожалуйста, как техника из России стала востребована по всему миру? Катя, у вас есть личный опыт запуска студии за рубежом. Как там относится к русскому маникюру? Есть ли спрос на эту услугу?

Екатерина Муранова: Русские мастера одни из самых востребованных и высокооплачиваемых. Более того, мы очень часто открываем школы за рубежом. И там работают именно русские инструкторы, русские техники. На сегодняшний момент в России каждая студия (это может быть даже не сеть), прописывает свои стандарты. Это высокие стандарты. Это не только хардскилы, это ещё и софтскилы, это про гостеприимство, сервис и так далее.

И, естественно, за рубежом, когда клиенты, гости приходят, они видят разницу между тем маникюром, который делают местные мастера и тем, который делают русские мастера. Это не просто ощутимая разница визуальная, это ещё и про комфорт в том числе. Мы гостеприимны, мы заботимся о том, как наши гости чувствуют себя, когда мы делаем эту процедуру. Небольно, красиво, насколько глубоко, чисто, аккуратно. Здесь мы говорим действительно про очень высокие стандарты во всём. И русские девушки, в том числе в России, они приходят на процедуру и отдохнуть. В Европе – да, мы говорим очень часто про время. Но в России мы тоже заботимся о времени. Моя коллега буквально несколько дней назад установила мировой рекорд. Она сделала 52 маникюра с покрытием за 24 часа.

Ольга Мялова: Вау! Ну это просто вау. Я думаю, что с этим никто спорить не будет, что это действительно рекорд.

Екатерина Муранова: Это рекорд, установленный рекорд, зафиксированный рекорд. Поэтому когда мы говорим про чистоту работы, когда мы говорим про качество, когда мы говорим про аккуратность, это не значит, что всё будет долго. Это может быть быстро, но при всём при этом качественно, аккуратно и красиво.

Ольга Мялова: Но повторить это не так-то уж и легко за границей, правда? Если вообще возможно…

Екатерина Муранова: Действительно. Поэтому там открываются наши школы, работают наши мастера. Очень многие туда уезжают на несколько лет, иногда какими-то периодами ездят. И наш маникюр там действительно востребован. В Европе, в Америке ищут русских мастеров для того, чтобы получить то самое качество, тот самый результат, который необходим.

Ольга Мялова: Вот по поводу «Повторить могут не все» я сейчас расскажу страшную историю о девочке, которая не успела сделать маникюр перед отпуском в Испании. Это моя подруга, не я. Она долго искала, где бы там сделать маникюр. Зашла в салон, который попался ей на глаза после долгих поисков. Там её встретил мастер. Это был мужчина, британец, который выглядел как Винни Джонс или какой-то из персонажей молодого Гая Ричи, то есть совершенно бандитского образа такой парень. Но делать нечего, она села к нему. И говорит, что это был самый ужасный маникюр в её жизни. Она даже не раскрывала подробности, как я помню, там было всё наляпанное и всё было порезанное. Но после этого она просто никогда никуда не едет, если не сделает маникюр у себя на родине у проверенного мастера. Типичная история?

Екатерина Муранова: Очень типичная история. С этим мы сталкиваемся практически постоянно. И когда мы открываем студии за рубежом, то, естественно, стараемся изначально туда отправить именно свою команду мастеров для того, чтобы они обучили местных мастеров, если это возможно. Для того, чтобы они наработали там базу, для того, чтобы привлечь гостей в эту студию. Да, там работают очень часто именно русские мастера. Мы приезжаем туда командой, обучаем и открываем студии.

Ольга Мялова: После этой истории у нас с подругой даже появилось выражение «маникюр от Винни Джонса». То есть это что-то ужасное, что-то непрофессиональное. И я помню, как в Белфасте я зашла тоже в студию, я ожидала маникюра от Винни Джонса в этих широтах. Но там была мастер из Польши. И видимо, она обучилась русскому маникюру и сделала всё просто прекрасно. Единственное, это было очень долго, почти три часа. То есть наши мастера, они же ещё и на скорость работают…

Екатерина Муранова: Конечно. Сейчас очень часто в России практически везде спрашивают, сколько будет длиться процедура. И это нормально. Процедура в России в среднем, если это стандартный комплекс – снятие маникюр, покрытие, – длится максимально 2-2,5 часа. В идеале это час-полтора. И это норма. В России сейчас это норма.

Ольга Мялова: Причём за эти полтора часа можно получить просто роскошный результат.

Екатерина Муранова: Безусловно. Очень часто, когда я выступаю на чемпионатах, когда выставляю свои команды, то на маникюр с покрытием нам даётся 40 минут. Там нет снятия, есть просто маникюр, покрытие – на одной руке красный гель-лак, на другой – френч. И результаты потрясающие. Причём как новички очень часто выступают на чемпионатах и справляются с этой задачей, так у нас есть даже категория судей, они иногда там тоже выступают.

Профессиональные секреты и высокие требования

Ольга Мялова: А вот в чём магия? Как раз хотела вас спросить, почему именно у нас в России возникла эта школа? В чём профессиональный секрет?

Екатерина Муранова: Я начинала 20 лет назад, и уже в нашей индустрии мастера очень сильно отличались от других мастеров. Наверное, у русских мастеров есть терпение для того, чтобы совершенствовать свои навыки, есть перфекционизм. Наверное, практически у всех русских людей есть перфекциоизм.

Ольга Мялова: Да, я думаю, что у нас это тоже национальное качество. Либо делай лучше всех, либо вообще никак не делай.

Екатерина Муранова: Либо вообще никак. Да, это действительно так. Но, опять-таки, здесь ещё нам диктует правила рынок, то есть наши потребители, гости, клиенты, которые к нам приходят. В России я вижу действительно очень высокую планку, очень высокие требования наших гостей. Им нужно, чтобы было идеально. Им нужно, чтобы это долго носилось, чтобы это было качественно. И очень часто я сталкиваюсь с вопросами безопасности. Очень часто наши клиенты приходят и спрашивают про безопасность. Как обрабатываются инструменты, что мы ними делаем, спрашивают про стерильность. Я считаю, что это важно. И мы очень часто принимаем участие в различных дискуссиях, в Роспотребнадзоре, мы обсуждаем, как соблюдать эти правила, какие правила должны быть. То есть как сделать так, чтобы гости в салонах вообще не могли даже ничем не то что заразиться… Чтобы всё было настолько безопасно, стерильно, комфортно. Обсуждаем, что нам нужно соблюдать, какое оборудование нужно, с чем мы будем работать.

И сейчас мы пришли к тому, что у нас есть либо одноразовые инструменты – это пилочки, палочки, бафы, расходные материалы, щёточки в том числе. Либо полностью стерильные. То есть это несколько этапов стерилизации – дезинфекция, предстерилизационная очистка, стерилизация, хранение и так далее. Таких требований как в России нет нигде. В Штатах, когда мы открывали студию и интересовались местными правилами стерилизации, безопасности, я очень сильно удивилась, потому что там достаточно раствора. И как раз-таки именно из России приехали вот эти сухожары и другие средства. То есть там достаточно просто – я иногда смеюсь – побрызгать спиртиком. В других странах, к сожалению, это есть, и мы этого не можем избежать. Но мы стараемся привить всему миру вот эту безопасность. И, кстати, у нас в России она соблюдается на высшем уровне, потому что всё это пришло из медицины.

Ольга Мялова: Вот, кстати, один из примеров того, почему западный сервис – это не всегда для нас ориентир, а всё, скорее, наоборот. Даже я уже не говорю о такой услуге, как массаж рук с кремом. Мне кажется, там это непозволительная роскошь.

Екатерина Муранова: Да, для этого там существуют отдельные спа-салоны, а у нас это всегда прошито в стандартах. То есть в конце процедуры масло, крем, по желанию гостя мини-массаж или полный массаж – да, это всегда есть и это вшито в услугу.

Любовь с первого маникюра и навсегда

Ольга Мялова: Катя, у вас наверняка очень много историй, когда иностранные гости, именно за границей, сначала удивлялись, зачем так долго, почему так чисто, а потом открывали для себя русский маникюр и влюблялись.

Екатерина Муранова: Конечно. Очень много таких историй. Я вижу очень часто глаза тех гостей, тех клиентов, которые видят результат. И они готовы иногда по два часа сидеть для того, чтобы получить этот результат. И, кстати, они потом возвращаются с очень классной обратной связью. Потому что такой маникюр – он держится дольше. То есть им нужно реже, условно говоря, ходить на услугу. Они знают, что сколов не будет, что цвет будет сохраняться. Вот тут очень важно, конечно же, увидеть глаза клиента, посмотреть, сколько он получил эмоций от красивого маникюра. И они приходят, потом рассказывают, «Я каждое утро встаю и смотрю на свои ногти». Это дорогого стоит.

Ольга Мялова: Говоря не только о деньгах, но и о времени, – скупой платят дважды. И когда люди пытаются сэкономить время, как раз этот маникюр им и не служит долго.

Екатерина Муранова: Да, совершенно верно. Но сейчас в России нельзя сказать, что маникюр, который будет стоить дёшево, будет некачественным. Очень часто у наших учеников, которые только входят в профессию, стоимость услуги ниже. Но это не значит, что она будет хуже. Они, да, будут делать чуть дольше, но при всём при этом качество всё равно будет оставаться на высшем уровне. Сейчас достаточно большое количество школ, но хороших школ не так много, хороших инструкторов не так много, лицензированных школ не так много. Поэтому, да, безусловно, мы стараемся и в части обучения поддерживать эту планку и даже открывать стажировочные пункты, где мастера будут набивать руку.

Ольга Мялова: А как вы думаете, что мешает другим странам подсмотреть у нас, скопировать и внедрить без нашего участия?

Екатерина Муранова: Смотрят. Копируют. Но не могут повторить. И это действительно так. Мне кажется, что не хватает вот этой детализации, аккуратности, не хватает понимания того, как должны выглядеть ногти. Потому что только в России есть такое понятие, как архитектура ногтей. Мы постоянно про это говорим. Но, приезжая на разные выставки, даже в Китай – увы. Хотя вся индустрия ногтевого сервиса Китая заточена под Россию, то есть они выпускают для нас очень много материалов, которые мы берем, используем, являются трендовыми… Но им не хватает вот этой точности, не хватает аккуратности. Всё очень быстро и, так скажем, абы как. Вот я бы назвала это таким образом.

Ольга Мялова: Лишь бы было. Лишь бы было, лишь бы были ногти. Поставить галочку: «Сделали ногти».

Чем южнее – тем ярче цвет

Ольга Мялова: Я вспомнила, как собиралась сегодня на запись, и мне пришла реклама «Японский маникюр по специальной цене». Что это за японский маникюр?

Екатерина Муранова: Японский маникюр – это в основном техника обработки ногтевой пластины, натуральной ногтевой пластины. Это восстановительные техники, когда в верхний дорсальный слой запечатывается специальный воск и придаёт определённую толщину, склеивает чешуйки онихобластов, предотвращает расслоение ногтевой пластины и так далее. То есть это такая очень классная уходовая процедура…

Ольга Мялова: Которая может всё равно входить в русский маникюр?

Екатерина Муранова: Конечно, мы её очень часто используем. Вы увидите такую услугу во многих прайсах наших салонов.

Ольга Мялова: Так что хорошая вещь японский маникюр, но нет, мы остаёмся верны русскому. Я хотела у вас спросить, кстати, какие тренды у нас сейчас в плане форм, оттенков, декора и так далее?

Екатерина Муранова: Я вам могу сказать, что разные регионы России, да даже больше того – разные районы Москвы очень сильно отличаются. Если говорить про центральные районы Москвы, то чаще всего это офисы, это офисные работники. Там всё стильно, по-деловому и сдержанно. Это в основном красные оттенки, это френч, это конечно же нюд и преобладает очень сильно голый маникюр. Но почему-то многие и мастера, и клиенты воспринимают, что голый маникюр – это вообще без покрытия. Нет. Это всегда ухоженный натуральный вид ногтей. То есть мы можем подбирать покрытие очень натуральных оттенков. Так, чтобы скопировать луночку, так, чтобы у нас был красивый цвет натуральной ногтевой пластины, естественно, чтобы скрыть её недостатки, деформацию – такое тоже бывает. Это тоже норма, поэтому мы стараемся сделать такой маникюр.

У подростков, наших клиентов, которым 20, 21, 22 года очень распространен маникюр, который мы называем корейским. Почему корейским? Потому что там очень много дизайна, именно дизайна, декора на ногтях. И это как раз-таки про длину, про креативные формы, про длинные ногти, про различный объёмный дизайн, про различные блестяшки, переливашки, наклейки, какие-то надписи и так далее.

Подборка товаров для дизайна ногтей в ЛЭТУАЛЬ

Смотреть

Если мы говорим вообще в целом про регионы, то, конечно же, чем южнее, чем теплее, тем ярче цвет. Тем роскошнее, да, совершенно верно. Сейчас есть определённые тенденции. Безусловно, каждый год у нас есть цвет Pantone, у нас есть цвет месяца. Я 20 лет работаю в ногтевой индустрии, и каждый год под Новый год у нас красный с блёстками. Сейчас мастера меня поймут.

Ольга Мялова: Это база, новогодняя база.

Екатерина Муранова: Поэтому есть уже устоявшиеся цвета. В этом сезоне очень модный коричневый, шоколадный, такой беж в том числе. До этого у нас был цвет, не очень любимый мастерами, – это цвет топленого масла.

Ольга Мялова: А почему он не любим?

Екатерина Муранова: Всегда есть цвета, которые сложно покрываются. Они сложные в работе, к ним есть определённые технические требования. Поэтому мастера его не очень любят. Но этот цвет тоже имел актуальность до недавнего времени.

Ольга Мялова: А какой цвет мастера любят больше всего?

Екатерина Муранова: Любят нюдовые базы, потому что это быстрее всего, это красиво, да, и они легче всего покрываются. И, по моим наблюдениям, потому что я работаю сейчас с учениками, конечно же, красный. Красный тоже прекрасно покрывается, это один из самых лёгких цветов. Одни из самых сложных – это как раз плотные нюдовые оттенки. Чёрный достаточно сложный, жёлтый сложный цвет. То есть есть всё-таки своя специфика именно в цветах.

Ольга Мялова: А правда, что самая популярная форма – это мягкий квадрат?

Екатерина Муранова: Да, это самая популярная форма. Она, наверное, является одной из самых удобных. Если говорить про какие-то бытовые условия, мы же всё равно что-то делаем руками. Мы работаем за компьютером. У кого-то профессии связаны с деланием чего-то руками. Я очень люблю разные выставки хендмейда и вижу мастеров, которые своими руками делают чашечки, лепят что-то из полимерной глины, вяжут, делают что-то из бисера, делают украшения. И я обращаю внимание на их руки, потому что такие руки всегда требуют особого внимания. Это не только про красоту, это ещё и про заботу, про различные уходы. И здесь нам в помощь космецевтика, которая на сегодняшний момент решает очень много проблем с руками – с сухостью, с какими-то, может быть, мозолями, потому что такое тоже часто бывает. Поэтому салоны и в России, и за рубежом предлагают очень много различных уходов для рук, для ног, для того, чтобы позаботиться и о состоянии кожи.

Ольга Мялова: Итак, подводя итоги, русские женщины любят красные оттенки?

Екатерина Муранова: Любят.

Ольга Мялова: Нюды?

Екатерина Муранова: Любят.

Ольга Мялова: Мягкий квадрат?

Екатерина Муранова: Любят.

Ольга Мялова: Молодёжь впервые в истории полюбила длину и какую-то фэнтезийную красоту, а не обычную роспись?

Екатерина Муранова: Да.

Ольга Мялова: Хорошо. А что, наоборот, не прижилось у нас в стране? Какие цвета и какие решения?

Екатерина Муранова: У нас то, что не приживается, это, наверное, когда мы ходим совсем без маникюра. У нас не приживаются техники, например, европейского маникюра, который не требует обрезания кутикулы или её убирания.

Ольга Мялова: Маникюр от Винни Джонса, который ничего этого не требует…

Екатерина Муранова: Да, совершенно верно. То есть именно техники. Что касается предпочтения цветов, здесь огромные цветовые палитры. Очень часто салоны имеют 500+ цветов, поэтому в этой палитре можно найти всё. Что касается форм – все формы, которые у нас есть, квадрат, мягкий квадрат, миндаль, овал, они все прекрасно существуют в России. Все очень нравятся. И даже больше того скажу, именно русские мастера изобретают разные креативные формы, которые мы наращиваем. Те же самые Stiletto, Pipe, Edge, Bridget. Их достаточно большое количество, они очень популярны и тоже имеют своего потребителя.

Ольга Мялова: Скажите, а допустимо ли сказать, что русский маникюр повлиял на другие сферы? То есть клиентки стали ждать такого же подхода от визажа, от бровей и всего прочего?

Екатерина Муранова: Безусловно. Вообще наша деятельность развивалась в параллели. Поэтому мы что-то брали у бровистов, визажистов, парикмахеров, косметологов. Они также смотрели в сферу маникюра. И я считаю, что в России бьюти-индустрия находится на самом высшем уровне. Это пик.

Даже когда мы приезжаем на международные чемпионаты, я могу сказать, что русские мастера завоёвывают практически всегда первые места. Нашими работами восхищаются. Ту планку, которую задаём мы, – под неё старается подстроиться весь мир. И в Штатах, и в Европе, и в Азии, практически везде. Поэтому все смотрят на наши техники, на наши работы. И даже сейчас именно русские мастера изобретают что-то новое. Приезжают, например, на заводы (часто это не российские заводы, они находятся за рубежом), говорят, что нужно сделать. И там нам это делают, а здесь мы это прекрасно применяем. Но мы действительно изобретаем. Изобретаем новые цвета, изобретаем новые техники, нам нужны инструменты под эти техники, нам нужны какие-то дополнительные аксессуары. То есть именно русские мастера говорят, что нужно сделать для того, чтобы мы делали что-то новое, крутое. Совершенствовали те техники, которые сейчас есть. Те материалы, которые сейчас есть – мы их также совершенствуем.

Леденцы, русалки, космос: главные тренды маникюра 2026

Читать

«Хочу Russian manicure!»: тренды 2026 года

Ольга Мялова: А что вы чувствуете, когда в условных Нью-Йорке или в Мадриде слышите от клиента: «Хочу Russian manicure»?

Екатерина Муранова: Безусловно, это гордость. Мы много трудились. Все мои коллеги, все, кто создаёт эту сферу, – мы трудимся, мы создаём что-то новое, и классно, когда это всё перенимают другие. Это большая гордость, это в том числе и ответственность. Потому что мы задаём эти тренды – и важно, насколько они будут востребованы, насколько они будут действенны, насколько они будут техничны. Тут тоже важно то, как будет развиваться наша сфера, как наши гости, клиенты будут на это реагировать, с какими ногтями ходить, как выглядеть.

Ольга Мялова: Возвращаясь к вопросу трендов, может быть попробуем сейчас прогнозировать, что мы будем носить этой зимой? Новый год – это понятно, всё красное и блестящее. А весной и летом?

Екатерина Муранова: Конечно. Зимой, как раз после Нового года, у нас будет тренд на шоколад. Это могут быть различные оттенки. В том числе есть такой эффект сатинового кошачьего глаза в шоколадных каких-то таких, коричневых, оттенках земли.

Весна в 2026 году – там будут фиолетовые оттенки. Будут ещё преобладать оттенки зелёного, коралловые и опять-таки нюдовые. У нас их большая палитра, но всё равно мы иногда их меняем. Вот тут мы уходим в более бежевые оттенки.

Лето, как правило, – это всегда ярко. У нас никогда не бывало такого лета, чтобы не были востребованы неоновые оттенки. Они также у нас останутся и будут преобладать. И летом у нас ещё войдут в тенденции такие красно-рыжие оттенки.

Ольга Мялова: Это всё одинаково работает и для педикюра тоже, да?

Екатерина Муранова: Конечно.

Ольга Мялова: То есть неон мы будем на пальчиках ног носить?

Екатерина Муранова: Будем, будем.

Ольга Мялова: Что же, если попробовать описать в трёх словах, что такое русский маникюр для вас, какие это слова будут?

Екатерина Муранова: В первую очередь, это высокие требования к качеству. Это качество, безусловно. Это детализация. Это безопасность. Ну и сюда же добавлю аккуратность. И это про красоту.

Ольга Мялова: Очень важно, что все эти вещи – красота, безопасность, высокая техничность – они нам не мешают останавливать коней, заходить в горящую избу и так далее. Этим мы даже делаем какой-то некий разрыв шаблонов, что человек с красивыми ногтями не может быть трудоспособным, отличным профессионалом и так далее.

Екатерина Муранова: Естественно, маникюр сейчас уже стал не роскошью, а фактически средством первой необходимости.

Ольга Мялова: Спасибо, что были с нами. Сегодня мы убедились, что даже маникюр может быть культурным кодом, знаком качества и поводом для национальной гордости. С вами был подкаст «Это было красиво». До встречи в следующем выпуске. И не забудьте передать привет своей мастерице, потому что она настоящая фея ногтей.

Спасибо, Катя.

Екатерина Муранова: Спасибо.